Ормузский пролив остаётся узким местом для мировой энергетики
События минувших выходных вокруг судоходства через критически важный Ормузский пролив показали, что его дальнейшая судьба остаётся неопределённой. Попытка частичного возобновления движения судов обернулась сбоем: после объявления об открытии пролива последовали обстрелы нескольких судов, заявления о его закрытии и задержание иранского судна, пытавшегося пройти в Бандар‑Аббас в обход блокады. К полудню понедельника спутниковые снимки фиксировали прохождение через Ормуз всего трёх танкеров.
Президент США Дональд Трамп заявил, что дипломатические контакты продолжаются, но одновременно пригрозил возобновлением военных действий, если торговое судоходство вновь столкнётся с препятствиями.
Фактическое перекрытие пролива началось после совместных ударов США и Израиля по Ирану 28 февраля. С этого момента движение через Ормуз, через который в обычные времена проходит около пятой части мировых морских поставок нефти и газа, практически остановилось.
Заблокированные объёмы и первый удар по мировой экономике
Последствия для энергетического рынка проявились быстро и оказались масштабными. В Персидском заливе оказалось заблокировано порядка 13 миллионов баррелей нефти в сутки и около 300 миллионов кубических метров сжиженного природного газа в день. Производители были вынуждены останавливать месторождения, нефтеперерабатывающие заводы и газовые предприятия, что нанесло серьёзный ущерб экономикам целого ряда стран от Азии до Европы.
Военные действия также привели к долгосрочным повреждениям энергетической инфраструктуры и осложнили дипломатические отношения в регионе.
На этом фоне встаёт вопрос: как будет происходить восстановление и когда отрасль сможет приблизиться к довоенным масштабам работы?
Политика, страхование и логистика: от чего зависит перезапуск поставок
Скорость нормализации потоков будет определяться не только ходом переговоров между Вашингтоном и Тегераном. Не менее важны логистические факторы: доступность страхового покрытия для танкеров, ставки фрахта и готовность судовладельцев работать в зоне повышенного риска.
Первыми должны выйти из Персидского залива суда, застрявшие там в период блокады. По оценкам аналитической компании Kpler, речь идёт примерно о 260 танкерах с грузом порядка 170 миллионов баррелей нефти и 1,2 миллиона метрических тонн СПГ.
Большая часть этих партий, скорее всего, пойдёт в Азию, которая в обычном режиме потребляет около 80% экспорта нефти и 90% морских поставок СПГ из Персидского залива. По мере выхода загруженных судов в акваторию залива смогут заходить более 300 пустых танкеров, которые сейчас простаивают в Оманском заливе и будут перенаправлены к терминалам погрузки, в том числе к Рас‑Таннура в Саудовской Аравии и нефтяным мощностям Басры в Ираке.
Их первой задачей станет разгрузка прибрежных хранилищ, которые стремительно заполнились во время остановки судоходства. По данным Международного энергетического агентства (МЭА), коммерческие запасы нефти в странах Персидского залива сейчас оцениваются примерно в 262 миллиона баррелей — это эквивалент около 20 дней добычи. Переполненные склады практически не позволяют нарастить добычу до восстановления полноценного экспорта.
Танкерная логистика как фактор затяжного восстановления
Даже после частичного разблокирования хранилищ логистика морских перевозок будет сдерживать расширение экспорта энергоресурсов. Обычный круговой рейс с Ближнего Востока до западного побережья Индии занимает около 20 дней, а маршруты до Китая, Японии и Южной Кореи — до двух месяцев и более.
Дополнительным ограничением может стать нехватка флота. Значительное число танкеров было задействовано на маршрутах поставок нефти и СПГ из Северной и Латинской Америки в Азию, где продолжительность рейса в обе стороны достигает 40 дней.
Восстановление баланса торгового флота и возвращение погрузочных операций в Персидском заливе к привычному ритму, даже при благоприятном развитии событий, будет происходить неравномерно и, по оценкам отраслевых аналитиков, займет не менее восьми–двенадцати недель.
«Замкнутый круг» добычи и транспортировки
По мере того как загрузка танкеров начнет восстанавливаться, крупнейшим производителям региона, таким как Saudi Aramco и ADNOC, предстоит перезапуск добычи на остановленных во время боевых действий нефтегазовых месторождениях, а также перезапуск работы НПЗ.
Этот процесс потребует точной координации: нужно будет вернуть тысячи квалифицированных специалистов и подрядчиков, которые были эвакуированы в разгар конфликта. Темпы восстановления производства будут напрямую зависеть от наличия свободных резервуаров на прибрежных терминалах, что формирует замкнутую зависимость между состоянием судоходства и объёмами добычи.
По оценкам МЭА, примерно на половине месторождений региона пластовое давление остаётся достаточным для возвращения к довоенным объёмам добычи примерно за две недели. На ещё одной трети объектов для выхода на прежний уровень потребуется до полутора месяцев — при условии безопасной ситуации в море и восстановления цепочек поставок оборудования и материалов.
На оставшихся около 20% месторождений, где добывалось эквивалентно 2,5–3 миллионам баррелей в сутки, полноценному возобновлению добычи мешают более серьёзные технические проблемы: сниженное пластовое давление, повреждённая инфраструктура и перебои с энергоснабжением. Их восстановление потребует многих месяцев дополнительной работы.
Долгосрочный ущерб инфраструктуре и возможная утрата мощностей
Особенно серьёзно пострадали крупные энергетические объекты. На гигантском СПГ‑терминале Рас‑Лаффан в Катаре выведено из строя около 17% мощностей, и на их ремонт может уйти до пяти лет. Некоторые старые и технологически сложные скважины, в первую очередь в Ираке и Кувейте, возможно, уже не смогут вернуться к прежним уровням добычи.
Затяжной перерыв в поставках в перспективе может быть компенсирован бурением новых скважин в регионе, однако этот процесс вряд ли займёт менее года и возможен только при условии стабильной безопасности и политического урегулирования.
Когда затор из танкеров рассосётся, а добыча стабилизируется, Ирак и Кувейт смогут постепенно отказываться от режима форс‑мажора — контрактных положений, позволяющих временно прекращать поставки в случае неконтролируемых обстоятельств, таких как война.
Перспектива возврата к довоенным масштабам
Даже при самом благоприятном сценарии — успешном завершении мирных переговоров, отсутствии новых вспышек насилия и ограниченности инфраструктурных повреждений — полное возвращение к довоенным масштабам операций в ближайшие годы представляется маловероятным. Ограничения по флоту, состоянию месторождений и терминалов, а также хрупкая политическая ситуация в регионе будут ещё долго определять поведение участников мирового рынка нефти и газа.
