Россия постепенно уходит с «нефтяной иглы»: доля нефтегаза в экономике обновила минимум с 2017 года

Доля нефтегазового сектора в российском ВВП в прошлом году сократилась до 13%. Это минимум с 2017 года, когда Росстат начал отдельно рассчитывать и публиковать такие данные. Фактически страна постепенно уходит с «нефтяной иглы».

За год вес нефтегаза в экономике уменьшился на 3 процентных пункта. Даже в разгар пандемии, когда мировые цены на нефть падали, а добыча сокращалась, доля отрасли была выше — около 14%. В течение прошлого года ее вклад в ВВП снижался каждый квартал: с 15,5% в первом квартале до 11,6% в четвертом.

Вклад нефтегазового сектора традиционно тесно связан с мировыми ценами на нефть. За девять лет публикации статистики максимальные значения приходились на 2018 и 2022 годы (20,7% и 20% соответственно), когда сырье оставалось дорогим. Минимальные уровни — на 2020 год, пришедшийся на обвал рынка нефти, и на прошлый год.

Развитие отрасли в последние годы ограничивали санкции, обязательства по сокращению добычи в рамках соглашения ОПЕК+, относительно низкие цены и крепкий рубль. По данным Росстата, совокупный оборот нефтегазовых компаний за год снизился на 16,7%, до 19,9 трлн руб., а прибыль упала почти втрое — на 63,9%, до 1,9 трлн руб. Прибыльными оставались менее половины компаний сектора (49,1% против 60,7% годом ранее).

Снижение нефтегазовой ренты напрямую ударило по федеральному бюджету. Уже весной параметры бюджета пришлось пересматривать: план по нефтегазовым доходам был уменьшен примерно на 2,6 трлн руб. По предварительной оценке, по итогам года такие доходы сократились почти на четверть (на 23,8%), до 8,5 трлн руб., а их доля в общей доходной части бюджета упала с 30,3% до 22,7%.

При этом реальное значение нефти и газа для российской экономики выше, чем официальная доля в ВВП. Нефтегазовая рента проникает в экономику через государственные расходы, повышенные зарплаты в добыче, контракты с поставщиками и смежными отраслями. По оценкам экспертов, в 2021 году совокупная нефтегазовая рента могла достигать около четверти ВВП при официальной доле сектора порядка 19%.

Топливно‑энергетический комплекс сегодня, как и в позднесоветский период, выполняет не только функцию поставщика энергии, но и важную структурную, балансирующую роль в экономике. По оценкам экономистов, в ближайшие 10–15 лет нефть останется одной из ключевых опор бюджетной и экономической системы, обеспечивая значительную часть доходов государства, хотя и перестает быть наиболее перспективным направлением развития.

Аналитики полагают, что без резких политических и технологических перемен добыча нефти в России будет постепенно снижаться — пусть и не на несколько процентов в год. Ряд решений, принятых в предыдущие годы, уже сформировал траекторию, из которой сложно быстро выйти. Это признают и в правительстве: для наращивания добычи требуются время, масштабные инвестиции и доступ к финансовым ресурсам, а этот процесс не может быть быстрым.

На инвестиционный климат в нефтяной отрасли серьезно давят санкции и ограничения доступа к современным технологиям. Исследования российских аналитических центров указывают на ухудшение условий привлечения капитала. Мониторинг Банка России показал, что в начале текущего года инвестиции в добывающие отрасли заметно сократились, что усиливает риски для будущих объемов добычи и бюджетных поступлений.